“The Song of Prophetic Oleg”

Below is my translation of Pushkin’s Песнь о вещем Олеге. The title itself raises a question: вещий means “prophetic” or “knowing”, but in the poem, as you will read, it is not Prince Oleg himself who prophesies the future, but someone else. I have still kept the title as a literal translation, because as I see it Oleg is prophetic in his fulfilment of the prophecy.

The metre is a gallop sustained enough to carry a long narrative like this. There are 17 six-line stanzas, each consisting of lines of amphibrachs. In the first and third lines there are three amphibrachs and an iamb (11 syllables); in the second and fourth, three amphibrachs; and in the fifth and sixth, an iamb is followed by three amphibrachs. The rhyming scheme is AbAbCC (uppercase = masculine, lowercase = feminine). When I was translating it, though, I imagined the metre differently, as consisting of an initials iambs and anapests rather than amphibrachs. I wonder if I had thought of it amphibrachically would I have translated it differently. As it was, I tended to think of the initial iamb as a good place for a verbal phrase. However, not all two-syllable verbal phrases in English are iambic or end-stressed: “I am”, “he is”, etc., work, but questions and uncontracted negations less so.

My translation:

Prophetic Oleg is preparing to smite
The foolish Khazárs for invading.
Their fields and their villages he’ll set alight
In payback for criminal raiding.
In Byzantine armour at the head of his men
He rides his true steed cross the bed of the glen.

The woods in this place are the home of a mage
And now he walks into the clearing.
Disciple of sun-god, prophetic old sage
He knows what in future is nearing.
He’s famed for his prophecies, never to err,
And now Price Oleg gallops up to confer.

“Oh tell me, magician, beloved of gods,
What fortune is coming to meet me?
Of murder by enemies what are the odds?
Will bloodthirsty pagans defeat me?
Do not be afraid. I’ll reward you in kind:
A horse of your choosing if you speak your mind!”

“Magicians don’t care for the power of kings
Or the gift of a prince: we don’t need it.
Our language is free and is true and it sings
At one with the gods, unimpeded.
And though, Prince, the future is hidden for now
I read it like writing inscribed on your brow.

“Remember, oh Prince, just as night follows morn,
The future brings glory and power
Your name will mean conquest; your shield will adorn,
The top of each Byzantine tower.
The land and the sea will be both in your thrall;
Your foes will observe you in envious gall.

“The night pounds at sea and the waves are in squall;
The wind knocks ships’ masts into stubble.
But forces of nature can’t touch you at all;
The years keep you shielded from trouble.
In glorious armour you’ll never be hurt;
An unseen protector will stand by, alert.

“Your horse does not fear any dangerous woe.
He knows without any inviting
To fearless and steadfast face fire of the foe
Or thunder headfirst into fighting.
The cold and the battle he takes in due course,
But mark me, oh Prince – you will die by your horse!”

Oleg starts to laugh – however a frown
Clouds over his face and his forehead.
In silence he gets off the saddle and down
To ground, feeling sorry and horrid.
With hand of farewell the prince strokes his old friend,
And tousles his mane, for this now is the end.

“Goodbye faithful friend! Now the time’s come to part
Relax and remember your master.
No more will you carry me off to take part
In battle with looming disaster.
So faithful a servant’s no matter of course.
You servant boys! Hither! Come take off the horse!

“Make sure he is warmed by a coat soft and thick
And give him my field by the castle.
Feed only the finest: choice grain and salt lick
His life will from now have no hassle.”
The servants removed the old horse while still light
And the prince rode another one into the fight.

Oleg and his company’s feast is in flow;
Their glasses are merrily clinking.
Their curls are as white as the new-fallen snow
Past glories have set them to thinking.
They talk of the days long ago in the past;
The battles they fought in right up to the last.

“But where is my comrade?” Prince Oleg exclaimed,
“Oh say, is he healthy and cheerful?
Still just as rebellious and still light of leg?
A charge to make enemies fearful?”
They say in reply: in the soil on the mound
In slumber eternal’s his horse to be found.

Oleg falls to thinking, “my horse is now dead
But what of the wizard’s prediction?
I shouldn’t have trusted a word that he said!
His ravings were nothing but fiction!
My horse would have carried me up to this day!”
The prince asked to see where the skeleton lay.
Oleg and his guests leave the court in a rush;
With Igor they ride out together.
And there by the Dnieper the sight bids them hush:
The bones left exposed to the weather.
The wind and the rain have eroded their share;
The feathergrass grows where the horse once had hair.

The prince put his foot on his old servant’s skull
And whispered, “Sleep softly, old fellow!
You didn’t fall foul of the battlefield’s cull
As your master dropped dead with a bellow!
Your blood hasn’t turned the black earth into red;
The enemy axe did not sever your head.

“So that’s where my death lurked! It came from my horse!
The skull of my steed is my ending!”
A snake black and narrow, with venomous force,
Around prince’s leg was now wending.
A hiss of the tongue, fangs puncture his leg:
And that was the end of prophetic Oleg.

The funeral toasts for Oleg are intoned;
The glasses are mournfully clinking.
Prince Igor and Olga have now been enthroned;
Past glories have set all to thinking.
They talk of the days long ago in the past;
The battles they fought in right up to the last.



Как ныне сбирается вещий Олег
Отмстить неразумным хозарам,
Их селы и нивы за буйный набег
Обрек он мечам и пожарам;
С дружиной своей, в цареградской броне,
Князь по полю едет на верном коне.

Из темного леса навстречу ему
Идет вдохновенный кудесник,
Покорный Перуну старик одному,
Заветов грядущего вестник,
В мольбах и гаданьях проведший весь век.
И к мудрому старцу подъехал Олег.

«Скажи мне, кудесник, любимец богов,
Что сбудется в жизни со мною?
И скоро ль, на радость соседей-врагов,
Могильной засыплюсь землею?
Открой мне всю правду, не бойся меня:
В награду любого возьмешь ты коня».

«Волхвы не боятся могучих владык,
А княжеский дар им не нужен;
Правдив и свободен их вещий язык
И с волей небесною дружен.
Грядущие годы таятся во мгле;
Но вижу твой жребий на светлом челе.

Запомни же ныне ты слово мое:
Воителю слава — отрада;
Победой прославлено имя твое;
Твой щит на вратах Цареграда;
И волны и суша покорны тебе;
Завидует недруг столь дивной судьбе.

И синего моря обманчивый вал
В часы роковой непогоды,
И пращ, и стрела, и лукавый кинжал
Щадят победителя годы…
Под грозной броней ты не ведаешь ран;
Незримый хранитель могущему дан.

Твой конь не боится опасных трудов;
Он, чуя господскую волю,
То смирный стоит под стрелами врагов,
То мчится по бранному полю.
И холод и сеча ему ничего…
Но примешь ты смерть от коня своего».

Олег усмехнулся — однако чело
И взор омрачилися думой.
В молчаньи, рукой опершись на седло,
С коня он слезает, угрюмый;
И верного друга прощальной рукой
И гладит и треплет по шее крутой.

«Прощай, мой товарищ, мой верный слуга,
Расстаться настало нам время;
Теперь отдыхай! уж не ступит нога
В твое позлащенное стремя.
Прощай, утешайся — да помни меня.
Вы, отроки-други, возьмите коня,

Покройте попоной, мохнатым ковром;
В мой луг под уздцы отведите;
Купайте; кормите отборным зерном;
Водой ключевою поите».
И отроки тотчас с конем отошли,
А князю другого коня подвели.

Пирует с дружиною вещий Олег
При звоне веселом стакана.
И кудри их белы, как утренний снег
Над славной главою кургана…
Они поминают минувшие дни
И битвы, где вместе рубились они…

«А где мой товарищ? — промолвил Олег, —
Скажите, где конь мой ретивый?
Здоров ли? все так же ль лего́к его бег?
Все тот же ль он бурный, игривый?»
И внемлет ответу: на холме крутом
Давно уж почил непробудным он сном.

Могучий Олег головою поник
И думает: «Что же гаданье?
Кудесник, ты лживый, безумный старик!
Презреть бы твое предсказанье!
Мой конь и доныне носил бы меня».
И хочет увидеть он кости коня.

Вот едет могучий Олег со двора,
С ним Игорь и старые гости,
И видят — на холме, у брега Днепра,
Лежат благородные кости;
Их моют дожди, засыпает их пыль,
И ветер волнует над ними ковыль.

Князь тихо на череп коня наступил
И молвил: «Спи, друг одинокой!
Твой старый хозяин тебя пережил:
На тризне, уже недалекой,
Не ты под секирой ковыль обагришь
И жаркою кровью мой прах напоишь!

Так вот где таилась погибель моя!
Мне смертию кость угрожала!»
Из мертвой главы гробовая змия,
Шипя, между тем выползала;
Как черная лента, вкруг ног обвилась,
И вскрикнул внезапно ужаленный князь.

Ковши круговые, запенясь, шипят
На тризне плачевной Олега;
Князь Игорь и Ольга на холме сидят;
Дружина пирует у брега;
Бойцы поминают минувшие дни
И битвы, где вместе рубились они.



One thought on ““The Song of Prophetic Oleg”

Leave a Reply

Fill in your details below or click an icon to log in:

WordPress.com Logo

You are commenting using your WordPress.com account. Log Out /  Change )

Google+ photo

You are commenting using your Google+ account. Log Out /  Change )

Twitter picture

You are commenting using your Twitter account. Log Out /  Change )

Facebook photo

You are commenting using your Facebook account. Log Out /  Change )


Connecting to %s